koleva_olga (koleva_olga) wrote,
koleva_olga
koleva_olga

Category:

Британские истории-2009. В гостях у Бернарда Шоу

В 1904 году Джордж Бернард Шоу написал своему другу Герберту Уэллсу: «Мы находимся в мучительных поисках дома».

Через два года семья Шоу прибыла в Эйот-Сент-Лоренс (Ayot St Lawrence) – маленькую деревушку в графстве Хертфордшир в 50 км от Лондона. В Эйот-Сент-Лоренс Шоу увидел могильный камень, посвященный местной жительнице Мари Энн Саут: «Родилась в 1825. Умерла в 1895. Ее жизнь была коротка». Шоу решил, что если 70 лет кажутся недостаточным временем для жителей деревни, то это место вполне подойдет для того, чтобы обосноваться в нем и посвятить творчеству многие годы. Предчувствие его не обмануло – Шоу умер в 1950 году в возрасте 94 лет, будучи духовно и физически активным до последнего дня.

Дом, который арендовала семья Шоу, был построен в 1902 году для приходского священника, но оказался для него слишком большим. В 1920 году Шоу выкупили дом у церкви и первоначальное название «Новый дом священника» (New Rectory) вскоре сменилось на «Уголок Шоу» (Shaw’s Corner).

В один из традиционных английских деньков с переменной облачностью (partly sunny… или partly cloudy) мы с друзьями Семеном и Леной отправились в гости к автору «Пигмаллиона».
 

 
Собственно, предложение о поездке в дом-музей Бернарда Шоу поступило именно от ребят и они же сообщили нам, что ехать надо будет в Сент-Олбанс. Накануне мы с Люком покопались в Интернете, выяснили, что Сент-Олбанс – местечко во многих отношениях очень привлекательное и с удовольствием предвкушали поездку. Утром после разговора с Семеном выяснилось, что ехать надо вовсе не в Сент-Олбанс, а в какой-то другой пункт, находящийся ближе к дому Шоу. Мы согласились, не успев, правда, ни почитать что-либо о новом месте, ни даже запомнить его название – дело в том, что и туда мы не попали из-за того, что Лена с Семой опоздали на поезд…
В итоге после теплой встречи на вокзале Кингс-Кросс (мы не виделись с ребятами почти год) была выбрана некая третья точка, в которую мы должны были приехать на поезде – ею оказался городок Welwyn Garden City. Несмотря на то, что в самом городе мы успели увидеть не так уж много, история Уэлвина очень любопытна. 
 

Город был основан в 1920-х годах английским социологом-утопистом сэром Эбенизером Говардом в рамках его эксперимента по созданию в окрестностях Лондона городов-садов (garden city). Впервые идея города-сада была описана Говардом в книге «Города-сады будущего» в 1898 году. Cэр Эбенизер считал, что современный город изжил себя. Он критиковал хаотичный, ничем не ограниченный, рост промышленного города, его антисанитарию. В качестве альтернативы Говардом были предложены небольшие города, сочетающие лучшие свойства города и деревни.
Идеальный город Говарда представлял собой структуру из концентрических круглых зон. В самом центре такого города находится парк, его окружает жилая зона, состоящая из малоэтажной застройки с приусадебными участками. Радиус зоны с жилой застройкой должен был составлять примерно один километр. На периферию выносилась промышленность и сельхозугодья.
 

Говарду удалось организовать ассоциацию по строительству городов-садов. В первом десятилетии XX века эта ассоциация построила в Англии два города-сада — Лечворт и Уэлвин. В соответствии с проектом Говарда численность населения нового города должна была составлять 32 тысячи жителей. В реальности города-сады заселялись не так активно - к концу 20-х годов в Лечворте жило 14 тысяч человек, а во Уэлвине — 7 тысяч.
Однако Великобритания не отказалась от идеи города-сада. Многие градостроители и архитекторы продолжали работать над концепцией. Более того – в первой половине XX века она пользовалась популярностью в других странах, в том числе и в России. В 1915 году в Барнауле был открыт филиал русского общества городов-садов и после пожара 1917 года Барнаульская городская дума утвердила план сада-города, разработанный с участием архитектора Ивана Носовича. К сожалению, после прихода Советской власти проект так и не был реализован.
Рядом с торговым комплексом Howard Centre, названным, разумеется, в честь основателя города, мы взяли такси и за 20 фунтов доехали до Shaw’s Corner – дома-музея Джорджа Бернарда Шоу.
 
 

По пути успели рассмотреть парочку фазанов и одного даже сфотографировать с понятным в данных условиях качеством.
 

Небольшой и очень уютный дом стоит на холме в отдалении от деревенских построек. Попав сюда, быстро начинаешь понимать, почему Шоу, так стремившемуся к уединению, понравилось это место. Даже сейчас возникает ощущение, словно на машине времени нас перенесли в прошлое.
 

У дверей нас встречает упитанный котяра каких-то гигантских размеров.  
 

Он вполне дружелюбен и позволяет себя сфотографировать и даже подержать на руках – но впрочем, избегает излишней фамильярности. После оговоренных, наверное, в его контракте, нескольких кадров он решительно высвобождается и уходит к следующей партии туристов.
 

Фотографировать в самом музее вообще-то запрещено, но… где наша не пропадала :) Благодаря моему малютке-Кэнону мы можем устроить маленькую экскурсию по дому-музею Бернарда Шоу.
В фойе нас встречает знаменитая коллекция шляп, принадлежащих Шоу. По воспоминаниям прислуги, Шоу предпочитал носить фетровую шляпу летом, соломенную – зимой, а когда рубил дрова в саду,  надевал жестяную шахтерскую каску.
 

Рабочий кабинет Шоу обращен окнами на восток и по утрам всегда наполнен солнцем. За большим столом работал сам писатель, столик поменьше был куплен в 1932 году за 6 фунтов для секретаря Шоу. Всегда под рукой книги, который могли понадобиться Шоу в работе, - начиная от Диккенса и заканчивая книгами по йоге и садоводству.
 

В гостиной для супругов Шоу сервировали чай с сэндвичами и кексами. На попытки прислуги украсить комнату цветами Шоу как-то раз заметил, что он, конечно, очень любит цветы. Но также он любит и детей, однако ему не придет в голову отрезать им головы и ставить их в воду.
 
 

Если гостиная была в большей степени комнатой миссис Шоу, то в столовой любил проводить время ее супруг.
 

Он просиживал тут по два-три часа во время обеда, раскладывая на столе пришедшие ему письма и решая, на какие из них стоит ответить. И еще неизвестно, хорошо ли было для авторов писем, когда Шоу удостаивал их своим вниманием, потому что сарказма он при этих ответах не жалел. Вот несколько примеров:
Некий лорд направил Шоу приглашение посетить его дом. Очевидно, лорд считал, что он "снизошел" до литератора и в конце приглашения было пояснение: "Лорд N будет дома во вторник с 16 до 18 часов". Шоу приписал к приглашению "Бернард Шоу тоже" и отправил его лорду N.
Независимые лейбористы попросили Шоу написать поздравление для их специальной рождественской открытки. Шоу написал следующее:
«Не унывайте, товарищи, все мы ненавидим Рождество, но оно бывает только раз в год и длится недолго».
Фотографии на каминной полке дают представление о политических симпатиях Шоу – слева направо мы видим портреты Ганди, Дзержинского, Ленина и Сталина.
 

Будучи социалистом по своим политическим взглядам, Бернард Шоу считал себя другом СССР. Сразу после Октябрьской революции Шоу активно присоединился к движению «Руки прочь от России!», защищая право страны на социальный эксперимент. В 1930-е годы Бернард Шоу совершил поездку по СССР, где у него состоялась личная встреча со Сталиным. Готовясь к поездке в Москву, Шоу восклицал: “Я не хочу умереть, не увидев СССР”.
 

В первой квартире Шоу не было ни ванной, ни горячей воды, поэтому большая ванная в Shaw’s Corner была настоящей роскошью.

Наверное, именно такая ванная комната была и в доме профессора Хиггинса, что заставило Элизу Дулитл воскликнуть: "Подумаешь, великое дело здесь мытой ходить! Вода в кране и тебе горячая, и холодная, плескайся, сколько влезет. Полотенца пушистые, а вешалка под ними такая горячая, что пальцы обожжешь, и щетки мягкие есть, чтобы тереться, а уж мыла полная чашка, и запах от него – ну, что твой первоцвет. Теперь понятно, почему все леди такие намытые ходят. Мытье им одно удовольствие. Вот посмотрели бы они, как оно нам достается!"
 

Шоу очень тщательно следил за своим весом. Ближе к концу жизни он очень сильно похудел и как-то раз высказался в свойственной ему манере: «Я теряю вес так стремительно, что вскоре должен полностью исчезнуть».
 

Внешний вид спальни Шоу остается таким же, как при его жизни. В шкафу висит его одежда – твидовый костюм, брюки для гольфа, длинные шерстяные чулки, связанные его поклонниками. На тумбочке лежат томик Шекспира и Библия.
 

В бывшей комнате миссис Шоу сейчас собрана коллекция реликвий, включая статуэтку Оскара за сценарий к фильму «Пигмаллион» 1938 г.

Кухня и буфетная – владения экономки Шоу, откуда велось управление всем домашним хозяйством.
 

Служанки вставали в 6-30, завтракали чашкой чая и куском хлеба с маслом и отправлялись чистить камин и убирать комнаты.
 

 

В 8-00 завтрак, в час дня ланч, в 4-30 чай, в 8 вечера – обед. Шоу обычно ел сваренные вкрутую яйца, макароны с яйцом и сухарями или макароны с сыром, но миссис Шоу и гости «Уголка Шоу» не ограничивали себя вегетарианской диетой. Глава семьи, сам будучи вегетарианцем с 1881 года, видимо, спокойно относился к тому, что кто-то рядом мог менее правильную пищу.
На приглашение посетить торжественный вегетарианский обед Шоу ответил отказом, объяснив:
– Мысль о двух тысячах людей, одновременно грызущих сельдерей, приводит меня в ужас.
 

Слушая пение птиц, наполняющее воздух, мы можем прогуляться саду, как это делал Шоу, насладиться его тишиной и спокойствием и порадоваться цветовым сочетаниям зеленой травы, желтых листьев, красных ягод и лиловых цветов.
 

Среди такой красоты немудрено проскочить мимо еще одной достопримечательности – знаменитой вращающейся хижины в глубине сада, в которой Шоу уединялся ежедневно в любую погоду вплоть до последнего года своей жизни.
 

Здесь он мог работать в тишине и покое, а посетителям, если они имели неосторожность заявиться в этот момент, экономка отвечала, что мистер Шоу уехал. Благодаря нехитрому механизму – что-то вроде диска в основании – Шоу мог поворачивать свою каморку вслед за солнцем. Впрочем, даже при недостатке естественного освещения хозяин мог работать комфортно, так как в хижину было проведено электричество.  
 

Обратный путь на железнодорожную станцию оказался сопряжен с некоторыми трудностями – таксисты не поджидали рядом с музеем незадачливых туристов, а попытки «упасть на хвост» к кому-нибудь из автовладельцев к успеху не привели. После непродолжительного обсуждения было решено идти пешком и ловить машину по дороге. Сразу скажу, что поймать ничего не удалось и впереди у нас было что-то около 3-4 часов пешей прогулки по английской сельской местности.
 

Сначала было довольно приятно. Дорога была неширокой и хотя заставляла прижиматься к изгороди от проезжающих машин, но машин этих было так мало, что неудобств это почти не доставляло.
 

Но потом мы вышли на трассу. Машины проносились с приличной скоростью и нам было уже не до светских бесед – приходилось идти гуськом в затылок друг другу.
 
 

Пейзаж в основном был не особо примечательный – холмы, деревья, ручейки, изгороди, дома вдалеке. При появлении каждой такой новой деревушки на холме сердце радостно подпрыгивало – наверное, это уже та, которая нам нужна!.. К исходу второго часа пути настроение стало более пессимистичным…
 
 

Иногда попадались и более интересные объекты – например, Brocket Hall, построенный около 1760 г. сэром Мэттью Лэмом.
 

Сын сэра Мэттью, первый лорд Мельбурн, часто принимал в Брокет-Холле принца-регента, будущего Георга IV, у которого была любовная связь с леди Мельбурн. Следующим владельцем Брокет-Холла стал Уильям Лэм, второй лорд Мельбурн – между прочим, дважды занимавший пост премьер-министра Великобритании (в 1834 году и с 1835 по 1841 год). Имя Уильяма Лэма было увековечено в 1837 году, когда по его родовому титулу был назван австралийский город Мельбурн. Во время II Мировой войны в Брокет-Холле размещался родильный дом.
 

Нынешний владелец Брокет-Холла лорд Чарльз Рональд Джордж Нолл-Кэйн, 3-й барон Брокет,  известный также как Чарли Брокет – английский писатель, телевизионный ведущий и журналист, специализирующийся на теме путешествий и приключений. В Брокет-Холле он устроил гостиницу, гольф-клуб  и конференц-центр.
 

Вот такие они, современные лорды.
 

О пабе с названием «Crooked Chimney» («Изогнутая труба») интересных подробностей найти не удалось, но зато у него в самом деле изогнутая труба.
 

Пятиминутный отдых рядом с церковью в деревушке Лемсфорд.
 
Церковь построена в 1859 году в память о шестом графе Купере. Внимания заслуживает восточное окно церкви и украшенная зубцами башня.
 

И наконец – о чудо! – в лучах заходящего солнца мы дотопали наконец до Уэлвина и его железнодорожной станции.
 

Было ровно шесть часов и прямо перед нашим носом служитель торгового комплекса закрыл на ключ туалет, о котором лично я подумывала в течение последнего часа нашей прогулки. Попытки убедить его открыть «just for 5 minutes» оказались безрезультатны и нам пришлось совершить набег на Макдональлдс. Где заодно был куплен гамбургер, который я с огромным удовольствием слопала уже в поезде. Ведь активный и насыщенный день еще далеко не подошел к концу – нас ожидало продолжение литературных приключений, а именно прогулка по местам произведений Айрис Мердок
И в заключение – примерный план нашей пешей прогулки:
Tags: Англия, Лондон, литература
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments